Ополчение — кого брали в ратники и где искать списки бойцов

Что такое ополчение

Ополчение — вспомогательное войско, которое собирали из населения, не состоявшего в постоянной армии, на время войны и распускали по её окончании. В русской истории за одним словом стоят два разных явления с разным документальным следом: государственное ополчение Российской империи, куда ратников зачисляли по воинской повинности, и народное ополчение 1941 года — добровольческие дивизии первых недель Великой Отечественной. Для родословного поиска разница принципиальна: в первом случае предок остаётся в гражданских бумагах своего уезда, во втором может не попасть в военный учёт вовсе.

Общий у них только принцип. Ополченец — не кадровый военный. Его берут сверх штата, вооружают тем, что нашлось, и держат в строю ровно столько, сколько длится угроза.

От Смуты до Крымской войны: ополчения по манифестам

До введения всесословной воинской повинности ополчение созывали разово — особым манифестом под конкретную войну, и каждый такой сбор оставил свой пласт бумаг.

Первое и Второе ополчения 1611–1612 годов, поднятые Прокопием Ляпуновым, а затем Кузьмой Мининым с князем Пожарским, именного следа почти не оставили: уцелели десятни служилых людей, жалованные грамоты и отдельные челобитные, но сплошных списков участников нет. Родословную к ним тянут через служилые роды, а не через списки ратников.

Земское войско (милиция) 1806–1807 годов и особенно земское ополчение 1812 года — другое дело. Манифест 6 (18) июля 1812 года «О сборе внутри государства земского ополчения» разбил губернии на округа и обязал дворянство и общества выставить ратников с определённого числа душ. Крепостной уходил в ополчение с согласия владельца и по окончании кампании возвращался к нему же — в отличие от рекрутской повинности, которая выводила человека из податного сословия навсегда. Ополчение 1812 года распустили в 1814 году, а его дела осели в фондах губернских правлений, комитетов ополчения и дворянских депутатских собраний.

В Крымскую войну манифест 29 января (10 февраля) 1855 года созвал государственное подвижное ополчение: губернии формировали пешие дружины со своими номерами. Именно эти дружинные списки — самый плотный именной источник по ополченцам середины XIX века.

Государственное ополчение империи: ратники и разряды

По Уставу о воинской повинности от 1 (13) января 1874 года ополчение перестало быть разовой мерой и стало третьей частью вооружённых сил — наряду с постоянными войсками и запасом. Созывали его только высочайшим указом, в чрезвычайных обстоятельствах военного времени.

В ополчение зачисляли мужчин призывного возраста, не попавших в постоянные войска: вытянувших дальний жребий, освобождённых по семейным льготам, а также отслуживших и выбывших из запаса по возрасту. Предельный возраст состояния в ополчении со временем поднимали — устав 1874 года держал ратника в списках до сорока лет, позднейшие редакции закона отодвинули границу к сорока трём.

Рядовой ополчения назывался ратником, а не солдатом. Ратников делили на два разряда:

• 1-й разряд — годные к строевой службе; из них комплектовали ополченские дружины и пополняли полевые части;
• 2-й разряд — имевшие телесные недостатки, не мешающие носить оружие; их держали для нестроевой, тыловой и караульной службы.

Разряд писали в документах воинского присутствия и в свидетельстве, которое выдавали на руки, — по нему видно, был ли предок вообще годен к фронту. На головном уборе ратник носил ополченский крест с девизом «За Веру, Царя и Отечество»: приметная деталь, по которой ополченца узнают на дореволюционном снимке даже без подписи (как читать такие мелочи — в разборе атрибуции старых фотографий).

В Первую мировую ополченские дружины разворачивали десятками: сперва на охрану тыла, железных дорог и складов, затем часть переформировали в полевые полки и отправили на фронт. Ратники старших возрастов оказывались в окопах наравне с кадровыми — как поднимать документы этого периода, разобрано в материале о военном поиске Первой мировой.

Народное ополчение 1941 года: тот же корень, другое явление

Народное ополчение Великой Отечественной — не продолжение имперского института, а добровольческие формирования первых недель войны. Постановление Государственного Комитета Обороны от 4 июля 1941 года запустило добровольную мобилизацию трудящихся Москвы и области в дивизии народного ополчения; за июль столица выставила двенадцать таких дивизий — по числу районов. В Ленинграде армию народного ополчения начали собирать ещё раньше, с конца июня. Оценки общей численности по стране расходятся, чаще называют порядка четырёх миллионов поданных заявлений.

Для поиска решающее вот что: ополченец 1941 года шёл не через военкомат. Его записывали на заводе, в институте, в райкоме партии — учётной карточки призывника на него не заводили. Военнослужащим он становился позже, когда дивизию включали в кадровый состав РККА: московские дивизии народного ополчения переименовали в стрелковые и дали им общеармейские номера в сентябре 1941 года. Между записью добровольцем и этим моментом зияет документальная дыра. Дивизии, попавшие в вяземский котёл в октябре 1941 года, потеряли и людей, и штабные бумаги, поэтому родные десятилетиями получали ответ пропал без вести вместо похоронки.

Где искать документы об ополченце

Ратника Российской империи ищут в областном архиве, ополченца 1941 года — сначала в партийных и заводских фондах и только потом в военных. Ратника Российской империи ищут в областном архиве, ополченца 1941 года — сначала в партийных и заводских фондах и только потом в военных. Маршрут зависит от эпохи, и начинать в обоих случаях нужно не там, где кажется.

Ратник Российской империи. Первый адрес — не военный архив, а областной. Призывные списки составляли волостные правления и городские управы на основании посемейных списков, а решение выносило уездное по воинской повинности присутствие: его фонд и есть главный источник. Там же дела о льготах и отсрочках, приёмные списки, свидетельства о зачислении в ополчение. Если ратника действительно призвали, дальше идут документы ополченских дружин в РГВИА в Москве, а по морскому ведомству — в РГАВМФ.

Ополченец 1941 года. Документы дивизий хранит ЦАМО в Подольске, но фонд части начинается с момента её включения в РККА. Всё, что раньше, лежит в гражданских хранилищах: архивы общественно-политической истории Москвы и Санкт-Петербурга со списками райкомов и районных комиссий по формированию, фонды предприятий и вузов с приказами об увольнении «в связи с уходом в народное ополчение», районные книги памяти. Пошаговый маршрут по военным базам данных разобран в гайде по поиску участника Великой Отечественной, заново расписывать его здесь незачем.

Ограничения и частые ошибки

Главная ловушка — считать, что «ратник ополчения» равно участию в войне. Зачисление в ополчение — это статус по воинской повинности, а не служба: человека вносили в списки и могли не призвать ни разу. Пометка в посемейном списке или в графе о состоянии жениха в метрической книге сама по себе не говорит ни о полке, ни о боевом пути.

Вторая ошибка — путать ополченца с рекрутом. Рекрут выбывал из общины и из ревизии, ополченец оставался своим: его продолжали считать и в посемейном списке, и в окладных документах. Значит, ниточка не обрывается — ищите предка дальше в гражданских бумагах родного уезда, а не только в военных фондах.

Третья — переносить методику 1941 года на XIX век и обратно. Дореволюционного ратника учитывала гражданская власть, ополченца сорок первого — партийная и заводская. Поиск по фамилии добровольца в военных базах может не дать ничего просто потому, что в военкоматских списках его никогда и не было; идти надо от места работы и района.

И последнее: слово «ополчение» встречается в источниках как бытовое обозначение любого нерегулярного сбора — казачьих ополчений, инородческих конных частей, дружин самообороны. Прежде чем строить версию, посмотрите, каким годом датирован документ и о каком институте он вообще говорит.

Связанные понятия

Ополчение стоит на пересечении нескольких линий поиска. Рекрут — противоположный случай: пожизненный уход из податного сословия против временного сбора. Воинская повинность и жребий объясняют, почему годный мужчина оказался в ополчении, а не в полку. Послужной и формулярный списки продолжают биографию тех ратников, кого призвали и кто дослужился до чина. Пропавший без вести — типовой финал ополченской карточки 1941 года. Сведите эти линии на одной схеме: создать семейное древо и привязать к предку найденные даты, номер дружины или дивизии проще сразу, чем восстанавливать потом, откуда взялась строчка.