Пономарь — что делал при церкви и в каких книгах записан

Пономарь — низший церковнослужитель приходского причта в православной церкви, не имевший духовного сана и не проходивший через хиротонию (рукоположение), в отличие от священника и диакона. Он посвящался в стихарь — облачение, дававшее право находиться в алтаре и участвовать в службе, — но не мог совершать таинства и не считался лицом духовного сана в строгом смысле, хотя формально входил в состав клира. На должность пономаря определяла епархиальная власть, обычно рассматривая прошения сыновей и родственников действующих членов причта того же или соседнего прихода. Основная задача пономаря — практическое обеспечение хода службы: звон, свечи, кадило, утварь, порядок в храме, а при необходимости — помощь дьячку в чтении и пении. Должность существовала в этом виде до реформы 1869–1870-х годов, после которой её объединили с должностью дьячка в единое звание псаломщика, поэтому в поздних документах отдельное упоминание пономаря уже не встречается.

Пономарь и дьячок относились к одному низшему разряду церковнослужителей и во многих сельских приходах их обязанности пересекались, но исторически дьячок считался более старшим по положению чтецом и певцом, тогда как пономарь отвечал прежде всего за практическую сторону службы — звон, свечи, кадило, уборку храма. Разграничение обязанностей не было жёстким: при нехватке причта один человек мог совмещать функции обоих. Псаломщик — это не отдельная третья должность, а результат реформы приходского причта 1869–1870-х годов, когда звания пономаря и дьячка были упразднены и заменены единым наименованием. Это означает, что псаломщик — не преемник пономаря в новой роли с иными обязанностями, а то же самое лицо низшего клира, переименованное по новой номенклатуре. Поэтому при построении родословной важно понимать: если предок в документах 1860-х годов записан пономарём, а в документах 1880-х — псаломщиком того же прихода, речь почти наверняка идёт об одном и том же человеке, а не о смене службы.

Круг обязанностей пономаря был практическим и охватывал всё, что требовалось для проведения службы и содержания храма в порядке. Он звонил в колокол перед началом и в ключевые моменты богослужения, зажигал и гасил свечи и лампады у икон, готовил кадило — раскладывал уголь, подавал ладан, — и подавал священнику необходимую утварь в нужный момент службы. Помимо этого пономарь убирал храм и алтарную часть, следил за сохранностью облачений и богослужебных книг, а в приходах с малочисленным причтом нередко помогал дьячку читать часы, псалмы и другие тексты службы или пел на клиросе. Эта помощь могла становиться постоянной обязанностью, если причт состоял всего из двух-трёх человек. Обязанности пономаря не предполагали совершения таинств и произнесения проповеди — эти функции оставались за священником, — но без слаженной работы пономаря богослужение технически не могло бы идти по уставу.

Основной источник сведений о пономаре и его семье — клировая ведомость прихода, ежегодный отчётный документ, куда заносился весь состав причта: возраст, образование, послужной список с датами определения на места, а также сведения о жене и детях с указанием их возраста и рода занятий. Клировые ведомости хранятся в архивных фондах духовных консисторий соответствующей епархии. Дополнительно стоит просматривать метрические книги прихода — записи о крещениях, венчаниях и отпеваниях, — поскольку члены причта, включая пономаря, часто выступали восприемниками (крёстными) для детей прихожан или свидетелями при венчаниях, что оставляет его имя в документах даже вне собственной семьи. Полезны и исповедные росписи, которые ежегодно перечисляли весь причт вместе с домочадцами и позволяют сверить состав семьи по годам. При поиске нужно учитывать, что после реформы 1869–1870-х годов должность могла в документах смениться на псаломщика — это тот же человек, только под новым званием.

В большинстве случаев да — фамилия Пономарёв восходит к тому, что кто-то из предков рода занимал должность пономаря, поскольку фамилии по роду церковных занятий были распространённым источником русских фамилий наряду с Дьячковым, Поповым и Дьяконовым. Однако сам факт ношения фамилии Пономарёв современным человеком не доказывает прямого происхождения от церковного клира без документального подтверждения: фамилия могла закрепиться за родственниками пономаря, не унаследовавшими его должность, а затем разойтись по мирским линиям, никак не связанным с приходской службой в последующих поколениях. Кроме того, частотность запросов о фамилии Пономарёв заметно выше интереса к самой должности, и это создаёт путаницу: далеко не каждый носитель фамилии ищет именно церковных предков. Установить действительную связь с должностью можно только по архивным документам — клировым ведомостям и метрическим книгам, — где фамилия предка прямо соотнесена с его званием на момент записи, а не по одному лишь совпадению фамилии.

Формально путь от пономаря к священническому сану существовал, но на практике был скорее исключением, чем правилом. Пономарь не проходил рукоположения и не имел богословского образования в объёме, необходимом для принятия сана, — обычно он ограничивался обучением в духовном училище. Чтобы стать священником, требовалось окончить курс духовной семинарии и пройти хиротонию у архиерея, а для этого нужно было раньше, в юности, поступить по другой образовательной траектории, чем та, что вела к должности пономаря или дьячка. Чаще встречается обратная ситуация: сын священника или диакона, не окончивший семинарский курс по успеваемости или обстоятельствам, определялся на низшую должность пономаря или дьячка того же или соседнего прихода. Поэтому при восстановлении родословной духовной линии важно не считать движение по должностям строго восходящим — семья могла на протяжении поколений оставаться в звании пономаря или дьячка, и это было обычной, а не исключительной судьбой для духовного рода.

Ключ здесь — дата документа. Звание пономаря как самостоятельная должность существовало до реформы приходского причта 1869–1870-х годов, после которой пономаря и дьячка объединили в единую должность псаломщика. Если клировая ведомость, метрическая запись или исповедная роспись датирована временем до реформы и предок в ней назван пономарём — это исходное, дореформенное звание. Если аналогичная запись относится к 1870-м годам и позже, а тот же человек по имени, отчеству, возрасту и приходу совпадает с пономарём из более ранних документов, но теперь назван псаломщиком, — это не смена должности, а результат административного переименования: перед исследователем один и тот же человек на протяжении всей карьеры. Отдельная проверка нужна, если между записями большой временной разрыв или человек сменил приход, — тогда стоит убедиться по возрасту, составу семьи и месту службы, что речь действительно идёт об одном лице, а не о полном тёзке из другой семьи причта.